Среди ночи Джесс разбудил плач её маленькой дочери Бетси. Десять месяцев — совсем кроха. Не раздумывая, мама быстро оделась, взяла ребёнка и поехала в ближайшую больницу. В приёмном покое дежурила Лиз, её старая подруга. Увидев знакомое лицо, Джесс на мгновение почувствовала облегчение.
Лиз, как опытный врач, сразу же принялась за осмотр. Когда пришли результаты рентгена, её лицо стало серьёзным. На снимках чётко просматривались трещины на черепе младенца — травмы, которые не могли появиться случайно. По всем правилам, о таком случае нужно немедленно сообщить. Это протокол.
Лиз посмотрела на испуганные глаза Джесс, на её дрожащие руки, которые так крепко обнимали Бетси. Они дружили много лет, делились радостями и горестями. Но сейчас перед ней лежали снимки, которые кричали о возможной беде. Молчать? Пожалуй, это было бы проще. Но что, если тишина навредит ребёнку ещё больше?
После долгой внутренней борьбы Лиз набрала номер службы опеки. Её пальцы дрожали. Она знала, что этот звонок изменит всё. Джесс, узнав о решении подруги, отшатнулась, словно её ударили. Неверие, обида, гнев — всё смешалось в её взгляде.
В их тесном кругу подруг, где всегда царили поддержка и понимание, эта новость разорвалась как бомба. Общие встречи стали напряжёнными, разговоры — осторожными. Подруги разделились на тех, кто пытался понять холодную логику правил, и тех, кто осуждал предательство ради "бумажки".
Напряжение не осталось в стенах кафе или на детской площадке. Оно поползло домой, к мужьям, за семейный ужин. Старые обиды всплыли наружу, доверие пошатнулось. Казалось, что один поступок Лиз запустил цепную реакцию, которая теперь угрожала расколоть не только женскую дружбу, но и сами основы их семей, заставляя каждого сомневаться в тех, кого они считали самыми близкими.
