**1960-е. Анна.** Запах воскового полироля для мебели смешивался с ароматом пирога. Анна, вытирая руки о фартук, нашла в кармане пальто мужа чек из ювелирного магазина. Не её день рождения, не годовщина. Крошечная коробочка для серег. В ушах зазвенела тишина, громче любого скандала. Она молча положила чек обратно, будто не заметила. А вечером, глядя, как он читает газету, вдруг ясно поняла: её мир, выстроенный с такой любовью, — всего лишь картонный фасад.
**1980-е. Ирина.** Огни ресторана «Жемчужина» отражались в её крупных серьгах. Игорь, её муж, был душой компании, как всегда. Смех, тосты, его рука небрежно лежала на спинке стула молодой переводчицы из его делегации. Ирина уловила этот жест — быстрый, привычный, почти невидимый для других. Она не дрогнула, лишь медленно сделала глоток шампанского. Предательство пахло не потом и чужими духами, а дорогим табаком и возможностями, которые она сама ему открыла. Её улыбка для гостей стала холодной и идеальной, как лёд в бокале.
**Конец 2010-х. Марина.** Уведомление на экране ноутбука всплыло поверх текста бракоразводного контракта. Не её дело. Сообщение от неизвестного номера с фото: её муж и девушка у кафе. Марина откинулась в кресле, сняла очки. Ирония была горькой: днём она защищала чужие браки в суде, а ночью листала переписку в его телефоне, находя доказательства, которых даже не искала. Измена здесь была не драмой, а набором цифровых улик — пересылками, геолокациями, историей браузера. Она закрыла ноутбук. Завтра предстоит сложный процесс. Теперь — её собственный.
